Свежая керамика из печей Батчанга и переливы огненной глазури
Утро в гончарной мастерской в Батчанге: наблюдаем за выгрузкой свежей партии керамики с переливами огненной глазури, еще хранящей тепло печи.
В Батчанге к открытию печи
Я приехал в гончарную деревню Батчанг ранним утром, когда обжиг новой партии как раз подходил к концу. В воздухе мастерской густо пахло обожженной глиной и жаром, пробивавшимся из приоткрытых створок печи. И для мастера, и для ценителя керамики момент открытия печи — это всегда неописуемое волнение.
Когда створки распахнулись, полки с керамикой предстали перед нами в лучах дневного света. Все изделия еще хранили живое тепло. Мастер в толстых тканевых перчатках аккуратно снимал вазы и пиалы одну за другой, расставляя их на плиточном полу. Сухой, звонкий перестук соприкасающихся керамических черепков звучал удивительно чисто и приятно.
Магия огненной глазури
Самое захватывающее в этой партии — изделия с глазурью «хоа бьен» (огненной глазурью). В отличие от обычной монохромной, эта глазурь рождается в непрерывной игре температуры и живого пламени в камере обжига. Даже если нанести один и тот же состав на одинаковую глиняную основу, распределение огненных потоков создаст совершенно непохожие оттенки.
Одна тарелка отливает глубокой синевой океанских глубин с темными железистыми подтеками. Другая пиала вспыхивает матовым металлическим блеском сквозь иссиня-фиолетовый тон. Здесь нет двух одинаковых предметов. Эту стихийную метаморфозу невозможно рассчитать на станке или загнать в строгую формулу — все решает то, как языки пламени коснулись поверхности.
Ощутить еще теплое изделие в руках
Берешь в ладони чуть остывшую кружку: глазурь гладкая и шелковистая, но под ней отчетливо чувствуется плотная, добротная фактура глины Батчанга. На открытом воздухе, в естественном свете, текстура глазури раскрывается во всей красе, плавно перетекая от светлых полутонов к темным переливам.
В этой искренности и кроется очарование свежеобожженной керамики. Она еще не покрылась магазинной пылью витрин, в ней нет бездушного заводского лоска. Это чистое воплощение союза земли, воды, глазури и огня, рожденное за долгие дни ожидания в печи.